КОГНИТИВНЫЕ И СЕМАНТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННОЙ ПРИТЧИ

Изучение притчи имеет давнюю традицию в зарубежных и отечественных исследованиях по богословию, герменевтике, литературоведению, фольклористике и лингвистике. Назовем работы С.С. Аверинцева, Д.С. Лихачева, И.Г. Панченко, Е.К. Ромодановской, В.И. Тюпы, И.В. Силантьева, И.В. Кузнецова. Отметим диссертационные исследования Е.В. Бобыревой [Бобырева 2007] и А.Г. Краснова [Краснов 2005], в которых притча рассматривается соответственно как «первичный жанровый образец религиозного дискурса» и как жанровая модификация, когда нейтральным текстам присваиваются функции и наименования притчи.

Интерес к притчевым текстам активно проявляют пользователи Интернета, которые обращаются к текстам классических и современным притч. При этом авторы сайтов выделяют современные притчи в отдельную рубрику.

Анализируя  современные притчи, мы встречаем в них признаки локализации героев и реалий во временном пространстве, приближенном к читателю ХХ века. С точки зрения жанровой формы среди современных притч мы находим тексты разных жанров (модификации классической притчи, истории из жизни, сказки, анекдоты), объединенные признаком назидательности, имеющим как эксплицитный, так и имплицитный характер. Современная притча, как и классическая притча, нацелена на морально-этическое воспитание читателя. На некоторых сайтах отдельно выделяются психологические притчи, в которых воздействие на читателя становится первостепенной задачей (ср. с термином «психологическая метафора»).

Можно констатировать существование двух полюсов: классическая притча, ориентированная на определенную религиозную традицию, и современная притча, реализующая «память жанра» (термин М.М. Бахтина),  притчевую традицию.

Жанровая преемственность соотносится с представлениями, связанными с накоплением и сохранением знаний. Когнитивный подход предполагает рассмотрение притчевого текста как текста, ядро которого связано с религиозной и литературной традицией, с морально-этическими ценностями, с философскими категориями, с разными способами обобщения и иносказания. При этом возможна точка зрения, что «содержание современной притчи не продолжает традицию одноименного жанра, а не имеет с ней ничего общего» [Дарк 1999]. Отметим, что отрицание традиции в определенном смысле есть продолжение традиции.

Среди семантических подходов притчевого анализа особо выделим интерпретацию А. Вежбицка евангельских Иисусовых притч с помощью метода семантических примитивов [Вежбицка 2001]. Обратимся также к анализу басен и назидательных сказок, предпринятому Г.Л. Пермяковым [Пермяков 1970]. Суть анализа, предложенного исследователем, сводится к выявлению определенных логем, стоящих за логическими фрагментами сверхфразового единства (текста), объединение этих логем в определенную систему и выявление логемы-вывода.

Принципы семантического анализа, разработанные Г.Л. Пермяковым и А.Вежбицка,  примененные к текстам разного ментального уровня, но сходным по своей прагматической (морализаторской, дидактической) направленности, открывают перспективы анализа современных притч. Эти притчи могут рассматриваться в качестве  текстов, обладающих не только оценочной (хорошо-плохо) характеристикой, но и  бинарными противопоставлениями более широкого круга (счастье – горе, ум – глупость, работа – лень и т.п.). Эксплицитными или имплицитными формулами-выводами в современных притчах могут быть логемы следующих типов:  предпочтение одного утверждения другому, парадокс, соединение противоположностей, вопрос. Таким образом могут быть выявлены наиболее актуальные бинарные противопоставления, характерные для современных притч, а также типичные семантические структуры притчевых текстов, что создаст предпосылки для классификации данных текстов, выявления семантических и структурных закономерностей создания современных притч.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector